Проект "Нибиру. Пробуждение"

Любовь моя… 5 глава

04 Август 2013 | Рассказы

5

Она уже предавала меня. Вот только тогда звали ее по-другому. Да и выглядела она не так. Но, вспоминая все, я с каждым новым шагом утверждаюсь в том, что все-таки это была Вика.

В город мы въехали как победители. Выгнали натовцев к едрёной бабке, наваляли взашей и забросили аж за Карпаты. Нет, то была не настоящая война – обычные учения на территории Украины.

Запад. Маленький городок, названия которого никак не вспомню.

Вкатили с помпой. На украшенных ветками БТРах, размахивая заряженным холостыми оружием. Молодые украиночки, завидев бравых русских парней в камуфляже и маскхалатах, прятались кто куда. Тут годами впаривалось мнение о том, что «москали» — черти, которых не в силах носить земля.

А она не сбежала. Шла себе по парку с подружкой, будто бы ничего не происходило.

Едва ее увидел, мигом скатился с боевой машины. Закинул на плечо автомат, поправил воротник…

- Куда, ёб твою мать! – заорал сержант Павлюк. – Куда, мудозвон карфагенский!

Я ответил не менее витиевато. В нескольких фразах объяснил, что к вечернему разводу вернусь. Победители все же. Нам положено.

- Сдерут с тебя шкуру за самоволку, — вполголоса донеслось мне в спину. – Ну да хер с тобой, молодой-горячий. Иди – развлекайся.

И я ускакал на манер сайгака по украшенному ямами асфальту: в Украине тоже никогда не было нормальных дорог; по правде сказать, они у них еще хуже.

У нас был целый вечер. Долгие разговоры и попытки избавиться от назойливой подружки. Пиво, пирожные и еще немало мелких удовольствий, в комплексе составивших настоящий солдатский рай.

Уж не помню, как ее звали. То ли Валя, то ли Вера. Точно одно – на «В» как и проклятую мою любовь.

Веселились до часа ночи. Ровно до того времени как за мной пришел военный патруль. Безымянный сержант был пьян и крайне добр – позволил молодому солдатику Пихто насладиться дополнительным пятиминутным разговором.

Губа оказалась весьма пристойным помещением под крышей небольшого домика, где располагалась наша рота. Крайне глупой идеей начальства оказалось посадить меня в комнату без решеток на окнах. Думали, мол, только дурак сиганет с третьего этажа с намерением сломать себе ноги. Дурак бы сиганул. Особенно, влюбленный дурак с детдомовским прошлым.

Спрыгнул, покатился по кустам. И побежал по адресу, написанному на бумажке, которую бережно хранил в нагрудном кармане гимнастерки.

Светила полная луна. Ветра не было, жара стояла такая, что хоть соли испаряй.

Мы сидели в беседке посреди детского садика. Пили шампанское без закуски. И все время разговаривали. О разном. О глупом. О смешном. О любви…

Случайно поцеловались и долго молчали стесняясь. Это в десятых-то годах двадцать первого столетия!

Я провел ее домой. Говорил, что люблю. Вернусь. Найду. Мы будем вместе. Навсегда.

Но пришло проклятое утро. Пришлось вернуться в часть. Получить безмерное количество люлей от начальства, выговор и еще много чего…

Мы отъезжали после учений. Поезд урчал с видом сытого бегемота, вокзал был пуст. Провожать не пришла. Я долго смотрел в окно, покусывая губы. Думал. Жалел. Страдал. Желал. Умирал. И с твердым намерением обрести свое счастье – в жопу армию! – выскочил в окно.

Вернулся вечером, неся букет цветов и кольцо, стоившее мне бОльшую часть годового жалования. В кармане денег набралось бы долларов на четыреста – безмерное богатство, обещающее стать стартовым капиталом молодой семьи.

Пришел на порог, где встретил отчего-то злую маму любимой. Та взирала на меня с нескрываемой брезгливостью и отвращением. Мол, я приехала из Италии, страны, где живет очень много диких европейцев.

- Тебя, москалику, нам не треба! – рыкнула мне в глаза.

Отмела цветы и выпроводила за дверь.

Я долгое время сидел на каких-то задворках. Плевал в бесконечность и проклинал себя за слабоумие. Ушел в самоволку во второй раз. Было бы время боевых действий… Мне мог грозить расстрел. Ну да плевать…

Вернулся еще раз. На сей раз – дом с пустыми окнами. Где они?!

В городе гуляла свадьба. Лихо, с визгами и бесконечными пожеланиями горько-сладкой жизни. Соседи сказали, что она там.

Пришел. Автомат оставил под забором любимой. Для храбрости употребил бутылку местного шмурдяка, вытер рожу. Прилизался. И прямо в мундире завалился на мероприятие.

Двести человек смотрели на меня с интересом и пьяным подозрением. Энто кто такой приперси? Вроде не из нашего города. Не из семьи – нет.

Я подошел к столу молодых. Вытащил – э-эх… — сто баксов. Поздравил. Посмотрел на невесту (а меня уже начало забирать), понял, что бедолаге-жениху придется много зарабатывать. Добавил еще сто. Народ ожидал.

Поздравил еще раз. Взял микрофон, нашел ее взглядом среди гостей. Признался в любви. Она покраснела. И начал петь. Петь так, как умеют влюбленные русские парни. Всей душой, без обмана и ужимок. Раскрылся перед ней, перед всем городком. Чтобы они поняли, что действительно люблю.

И ушел в ночь с ожиданием счастья. Под свадьбой познакомился с таксистом, бывшим афганцем. Выпили, поговорили о многом. Очень толковый человек мне попался, с таким не попадешь. А дальше был цирк.

Когда я брел к ней, рядом у тротуаром с визгом остановилась раздолбанная копейка. Один остался за рулем, видимо, в ожидании шухера. Ко мне подошли трое.

- Ти видки приихав? – спросил меня самый матерый.

- Из Питера, — честно ответил я.

- Гроши есть? – он цвыркнул мне на сапоги.

- А тебя ёб…т? — я улыбнулся.

- Слухай сюда, солдатик, — наёжился он. – Або ти зараз нам гроши и валиш видсы, або получиш таких, шо и за три дня з мисця не встанеш.

Торговаться я не стал. Могли бы догадаться, что воин спецназа троих одним махом уложит. Но надежды, надежды…

Первого я сбил с ног кулаком. Даже добивать не пришлось. Второй улетел после длинной вертушки. Тоже не встал.

Третьего я схватил на нос, нагнул, дал в затылок и начал бить основательно. Четвертый, вот баран, вместо дать на газы и смыться, отчего-то выскочил из жигуленка и дёрнул в поля.

- Стой! – закричал я ему. – Ты ж еще не битый!

С этими словами пнул шевелящегося первого и пошел вон.

Метров за тридцать меня догнал таксист. Наблюдал, мол, догадывался.

- Такого со времен афганского Герата не видел, — признался он.

И допустил, что милых мальчиков ко мне мамаша ее прислала. Я психанул. Приперся к ней опять – никого. Достал автомат, передернул затвор. Господи, ну зачем я им окна пострелял и соседей перепугал?!

Утром меня повязали менты. Я был пьян и не совсем адекватен. Осознал чуть позже. Когда протрезвел, даже прощения попросил у того лейтенанта, которому нос развалил. И у мамы попросил, и у девушки, когда они пришли еще раз, чтобы вернуть мне подарки, оставленные у порога разоренного дома.

Потом меня забрали обратно. Однако, на вокзал она пришла. Протиснулась сквозь гущу ментов и прошептала: люблю и дождусь. Исчезла, оставив в моем сердце радость и беззвучные вопли победы.

Через неделю ко мне на губу пришла телеграмма.

«Не возвращайся тчк не хочу тебя видеть тчк мама говорит зпт чтобы я не встречалась с бандитом тчк»

Вот такая мама. Вот такая послушная дочь. А вот идиот, который построил иллюзии. Вот такая история. Пускай ищет себе такого принца, который и маме будет зад подтирать!

Но я точно помню ее лицо. Хоть стерлось из памяти за барьером обиды и отчаяния, но запомнил. Это была она. Вика!

Я иду убивать, чтобы разобраться во всем происходящем. К похитителям моего сына.

Я иду убивать.

Google Buzz Vkontakte Facebook Twitter Мой мир Livejournal SMI2 Google Bookmarks I.ua Закладки Yandex delicious БобрДобр.ru Memori.ru МоёМесто.ru

Один комментарий к “Любовь моя… 5 глава”

  • 1 AlexIdenticon Alex Says:

    Душевный пересказ)) Как вживую поучаствовал!!))
    АФтар пиши исчо)))
    ЗЫ Атещи да… Бывают… А когда еще и дочка послушная то вообще ховайся(((

Оставить комментарий